РУССКОЕ АФОНСКОЕ ОБЩЕСТВО

25 января - память мученицы Татианы

Новость опубликована на сайте Русского афонского общества 20.01.2012

25 января - память мученицы Татианы

Подвиг мученицы Татианы

Cвятая мученица Татиана родилась в древнем Риме у знатных родителей. Отец ее, трижды бывший консулом, был тайным христианином и отличался богобоязненностью. Свою дочь, святую Татиану, он воспитал в благочестии и страхе Божием и научил ее Божественному Писанию. Когда святая Татиана достигла совершеннолетнего возраста, она решила проводить жизнь свою и девстве и целомудрии, невестой была она Христу...

Пламенея к Нему любовью, она Ему Единому служила день и ночь, молитвою и постом умерщвляя плоть свою и порабощая ее духу. За свою добродетельную жизнь она  сподобилась послужить Церкви: была поставлена диаконисой[1] и, подобно бестелесным ангелам, служила Богу во плоти. И Христос Бог венчал невесту Свою мученическим венцом. Она пострадала следующим образом.

Был убит своими же римлянами нечестивый царь Антоний Гелиогабал. Он усыновил своего двоюродного брата, благородного Александра Севира, но в  этом раскаялся и стал покушаться на жизнь нареченного сына, был умерщвлен солдатами и тело его, влекомое по граду с поруганием, было брошено в реку Тибр, затем на царский престол возвели Александра[2], юного шестнадцатилетнего отрока. Его матерью была христианка по имени Маммея; от нее он научился почитать Христа, но несогласно с верою Христовою, ибо в то же время он продолжал служить идолам и поклонялся им, как древним богам римским. В его дворце находились изображения Христа и почитаемого язычниками Аполлона, ветхозаветного Авраама и языческого Орфея[3], и многих других. Сам Александр, как сын христианки, не преследовал христиан, но наместники его, правители областей и консулы, сильно притесняли их. Так как Александр был слишком молод, то управление государством поручили некоторым из членов совета; главным среди них был городской епарх[4] Ульпиан, жестокий нравом и великий враг христиан. Эти советники от имени царя управляли всем.
Они-то и разослали повсюду повеление, чтобы галилеян (так называли христиан) всюду понуждать поклоняться римским богам, угрожая им в случае неповиновения лютыми мучениями и даже смертью.
Наблюдать же за тем, исполняется ли христианами это повеление, были избраны следующие лютейшие враги христиан и верные слуги дьявола: комит[5] Виталий, кувикулярий[6] Васс, доместик Кувикулярий - царский постельничий[7] Кай. Тогда и в Риме, и во всех областях римского государства полилась кровь христиан, подобно воде. Их не щадили - подвергали мучениям и предавали смерти.
В то время и святая дева Татиана была схвачена язычниками и приведена в храм Аполлона. Ее хотели принудить поклониться этому идолу.

Она же поклонилась истинному Богу, и вдруг произошло землетрясение: идол Аполлона упал и разбился на части, обрушилась также часть храма и придавила многих язычников и жрецов. Дьявол, обитавший в идоле, с громким криком и рыданием бежал от того места, причем все слышали вопль его и видели тень, пронесшуюся по воздуху.

Тогда нечестивые повлекли святую деву на суд и мучения. Сначала они стали бить ее по лицу и терзать очи ее железными крючьями. Вскоре сами мучители изнемогли, ибо тело Христовой страдалицы для наносивших ей раны было твердо, как бы наковальня, и больше приняли муки сами мучители, чем святая мученица. И ангелы невидимо стояли около святой и наносили удары тем, кто мучил святую Татиану, так что мучители взывали к беззаконному судье и просили его, чтобы он приказал прекратить мучения, они говорили, что они сами больше страдают, чем сия святая и невинная дева.
Татиана же, мужественно претерпевая страдания, молилась за своих мучителей и просила Господа, чтобы Он отверз им свет истины. И молитва ее была услышана. Небесный свет озарил мучителей, и духовные очи их отверзлись. Они увидели четырех ангелов, окружавших святую, услышали глас с небес, бывший к святой деве, пали пред нею на землю и стали молить ее: «Прости нас, служительница истинного Бога, прости, ибо не по нашей воле мы причиняли тебе мучения». Все они (их было восемь человек) уверовали во Христа и восприняли крещение в своей собственной крови, ибо их за исповедание Христа жестоко мучили и, наконец, усекли им главы.

На другой день неправедный судья, воссев на судилище, опять приказал привести на мучение святую Татиану. Она же предстала пред своим мучителем совершенно здравой. Лицо ее было спокойно и радостно. Судья стал убеждать святую деву, чтобы она принесла жертву идолам, но старания его оставались тщетными. Тогда он приказал обнажить святую и бритвами резать ее. Девственное тело ее было бело, как снег, и когда стали резать его, то из ран вместо крови истекало молоко, причем распространилось великое благоухание, как бы от сосуда с ароматами. Святая же, воззрев на небо, молилась во время этих мучений. Затем ее крестообразно распростерли на земле и долгое время били жезлами, так что мучители изнемогали и часто сменялись.

Ибо, как и прежде, ангелы Божии невидимо стояли около святой и наносили раны тем, кто причинял удары святой мученице. Слуги мучителя изнемогали, заявляя, что им кто-то наносит удары железными палками. Наконец, девять из них умерло, пораженные ангельской десницей, а остальные упали на землю еле живыми. Святая же обличала судью и его служителей и говорила, что боги их - бездушные идолы.
Так как уже приближался вечер, то святую ввергли в темницу. Здесь она провела всю ночь, молясь Господу и воспевая Ему хвалы. Небесный свет озарил ее, и ангелы Божии славословили вместе с ней. Утром ее снова привели на суд. Увидев святую мученицу вполне здоровой, с лицом еще более прекрасным, чем прежде, все были изумлены. Сначала ее стали ласково и льстиво уговаривать, чтобы она принесла жертву великой богине их - Диане[8]Святая дева сделала вид, что согласна последовать их совету. Ее повели в храм Дианы. Бес, обитавший в идоле Дианы, почувствовал приближение святой девы и стал громогласно взывать: «Горе мне, горе мне! Куда бежать мне от Твоего Духа, Боже Небесный, ибо огонь, возгорающийся со всех углов сего храма, гонит меня?» Святая, приблизившись к храму, ознаменовала себя крестным знамением и, возведя свои очи к небу, стала молиться. Вдруг раздался страшный удар грома и заблистала молния: огонь, упавший с неба, попалил храм с идолом, жертвы, жрецов; множество из неверующих, опаленные молнией, замертво упали на землю. Тогда повели святую Татиану в претор[9], подвесили ее там и терзали железными крючьями и даже вырвали ей сосцы. После этого святую заключили в темницу, и снова светозарные Ангелы небесные явились к святой страстотерпице, совершенно исцелили ее от ран и восхваляли ее мужественное страдание.
 

Наутро святую Татиану привели в цирк[10] и выпустили на нее страшного льва, чтобы он растерзал святую.
Но свирепое животное не коснулось святой. Лев ласкался к ней и покорно лизал ей ноги. Когда же льва хотели было увести обратно из театра в клетку, он внезапно устремился на одного знатного сановника по имени Евмения и растерзал его.
Святую Татиану снова повесили и снова начали строгать ее тело, но снова ангелы невидимо наносили удары ее мучителям, и те падали мертвыми. Тогда святую ввергли в огонь, но и огонь не вредил ей: сила огненного пламени стихала, как бы почитая рабу Христову. Нечестивцы же все эти явные знамения приписывали не силе Христовой, а волхованию; они остригли ей волосы, надеясь, что ее чары будут более недействительны. Они думали, что в волосах своих святая имеет некоторую волшебную силу, так что ничем нельзя повредить ей. Посему они остригли ей волосы и заключили ее в храм Зевса[11]. Безбожные думали, что святая никак не может более повредить их божеству, потому что с потерей волос она лишилась и силы волхования.
Два дня провела святая заключенной в этом храме. Небесный свет, который всегда ее осиял, разливался и в храме, и ангелы ободряли и утешали ее.
На третий день пришли жрецы с народом, чтобы принести жертву своему богу Зевсу. Отворив храм, они увидели, что идол их упал и разбился, а святая Татиана пребывала в радости о имени Господа Бога. Тогда ее привели в судилище. Судья, не зная, что еще сделать с ней, изрек ей смертный приговор, и святая Татиана была усечена мечом. Вместе с ней казнили отца ее, ибо узнали, что и он христианин. Сначала мучители лишили его почетного звания, отняли у него все его имение. Осужденный на смерть, он умер от меча вместе со своей дочерью за имя Христово. Оба они сподобились от Господа получить венцы мученические от Христа Бога, Ему же слава во веки. Аминь.

________________________________________
[1] Обязанности диакониссы состояли в посещении больных женщин и уходе за ними, в приготовлении женщин ко крещению, в "служении пресвитерам при крещении женщин для благоприличия", в надзоре за назначенными для женщин входами в богослужебные собрания и т. п.
[2] Александр Севир царствовал с 222 по 235 год.
[3] Апполон почитался богом солнца и просвещения, а также общественного благополучия и порядка, охранителем закона и божеством предсказания будущего. Орфей - герой греческих мифов, сила пения которого была столь велика, что он приводил в движение деревья и скалы и укрощал диких зверей.
[4] Епарх - начальник крепости, комендант.
[5] Комит - высший чиновник при императоре.
[6] Кувикулярий - царский постельничий.
[7] Доместики - стража римских императоров.
[8] Диана (Артемида) - греческая богиня луны и охоты.
[9] Претор - судебное место, где заседал начальник римский или судья.
[10] Цирком называлась площадь, отгороженная рядом скамей или стеною. Там происходили состязания бойцов между собой и со зверями. На эту площадь или арену бросали и христиан, а потом выпускали хищных зверей, которые содержались при цирке в особых клетках.
[11] Зевс (Юпитер) - греко-римский бог, почитавшийся язычниками властителем неба и земли, отцом всех богов и людей.

Источник: http://www.st-tatiana.ru

Протоиерей Владимир Вигилянский
Проповедь в день памяти святой мученицы Татианы

Протоиерей Владимир Вигилянский
(глава Пресс-службы Патриарха Московского и всея Руси Кирилла, второй священник
храма святой мученицы Татианы в Москве)

Во Имя Отца и Сына и Святого Духа!
Почти каждый день годичного богослужебного круга мы чтим память мучеников, пострадавших за Христа. Наша Церковь зиждется на крови исповедников, отдавших свою земную жизнь за правду Божию. Вот и покровительница нашего храма, святая мученица Татиана – хрупкая римская девушка - претерпела такие мучения и страдания, которые кажутся совершенно невыносимыми.
Под страхом пыток ее заставляли поклониться языческим истуканам, ее били, терзали тело железными крючьями, выкалывали глаза, ввергали в огонь и бросали на съедение льву. В ее житии есть даже такая деталь: мучители так долго ее били железными палками, что сами изнемогали от своих трудов и падали на землю, еле живые.
Когда мы размышляем о святых, об их жизни, подвигах, страстотерпчестве, мученичестве, а тем паче, когда мы обращаемся к ним в молитве, нам кажется, что это какие-то совсем другие люди, принципиально, чуть ли не онтологически отличные от нас, люди какой-то иной природы, иного устроения. Нам кажется порой, что между нами и ими существует некая непроходимая пропасть, будто бы изначально они были предназначены для неба, а мы — для житейского волнения, тщеты, страстей, тревог, малодушия, страха. Словно они во время своего земного пути, не были, подобно нам, подвержены житейским бурям, натиску нечистых помыслов, штурмам самолюбия…
Однако это совсем не так. Святые явлены нам как образ нашего личного спасения, как возможность нашего личного преображения. Думая о святых, мы не можем не вспомнить вопрос, заданный Иисусу Христу его учениками: Кто же может спастись? И не можем не вспомнить и ответа Господа: Человеку это невозможно. Богу же все возможно.
Святые никогда бы не смогли достичь святости одними лишь собственными усилиями, без помощи Божией. Но таковая помощь Божия подается лишь тем, кто сам возлюбил Его всем сердцем своим, всей крепостью своею, всем помышлением своим. Кто приложил к своему спасению усилия собственной свободной воли.
Слава Богу, многие из нас теоретически это понимают. Но как практически в своей жизни применить эту теорию?
В сегодняшнем чтении послания апостола Павла к Коринфянам есть ответ на вопрос многих наших современников-христиан: как спастись в нынешних условиях.
«Умоляем вас, чтобы благодать Божия не тщетно была принята вами, – пишет апостол Коринфянам и, конечно же, всем нам, – Вот, теперь время благоприятное, вот, теперь день спасения». И далее дает уникальный рецепт сохранения благодати Божией, чтобы мы являли себя в качестве служителей Божиих в следующих обстоятельствах:
«В великом терпении, в бедствиях, в нуждах, в тесных обстоятельствах, под ударами, в темницах, в изгнаниях, в трудах, в бдениях, в постах, в чистоте, в благоразумии, в великодушии, в благости, в Духе Святом, в нелицемерной любви, в слове истины, в силе Божией, с оружием правды в правой и левой руке, в чести и бесчестии, при порицаниях и похвалах…»
Примем без ропота, без вечных наших жалоб, без поисков виноватых все, что ниспошлет нам Господь, и станем истинными служителями Его, исповедниками правды Божией.
Но готовы ли мы к такому исповедничеству?
Во-первых, давайте посмотрим, являемся ли мы христианами не по каким-то умозрительным убеждениям и лишь по той причине, что мы посещаем время от времени богослужение? Являемся ли мы воистину христианами по духу, по той жизни, которую мы ведем? Христиане ли мы в нашей семье? Не притесняем ли мы своих самых близких людей прихотями, капризами, выяснениями отношений, нахлебничеством, упреками, поучительным тоном, высокомерием, прекословием, тунеядством? Не пользуемся ли мы тем, что близкие родственники нас любят и нам прощают наши слабости? Не кичимся ли мы перед ними своей верой в Бога и тем, что мы ходим в Церковь? И вообще, молимся ли мы Господу за них каждый день? Если нет – то мы не христиане и тем более не исповедники.
Во-вторых, давайте посмотрим, как мы ведем себя с друзьями, приятелями и близкими знакомыми. Не ищем ли мы первенства в наших отношениях с ними, не обсуждаем ли мы их недостатки и слабости с третьими лицами, не предаем ли мы их малодушием, нежеланием уделить им время, защитить их перед другими? Радуемся ли мы их успехам, огорчаемся ли мы их бедам? Потакаем ли мы в их грехах, поддерживаем ли в их доброделании? Не избегаем ли мы их, когда они пытаются навесить на нас свои проблемы? Не требовательны ли мы к ним в то самое время, когда к себе бываем снисходительны? Если так – то мы не христиане и тем более не исповедники.
В-третьих, давайте посмотрим на то, кем мы являем себя там, куда мы ходим каждый день – на работу, службу, в учебное заведение? Не уклоняемся ли мы от порученного нам дела, не угодничаем ли мы перед начальствующими, не льстим ли, не унижаем ли подчиненных? Не участвуем ли мы в интригах, не перекладываем ли мы на других свои обязанности, не пользуемся ли мы достижениями других как своими собственными? Не избегаем ли мы заслуженных упреков, не ищем ли мы напрасной похвалы? Не лжесвидетельствуем ли мы из ложно понятого нами чувства солидарности с коллегами по работе или учебе? И вообще, не работаем ли мы в индустрии греха, не учимся ли мы тому, как обманывать и обирать людей? Если так – то мы не христиане и тем более не исповедники.
В-четвертых, давайте посмотрим, радеем ли мы за нашу страну, являемся ли мы ее патриотами? Готовы ли мы служить обществу, в котором живем? Не остаемся ли мы пустопорожними критиканами, осуждая перед экранами телевизора деятельность политиков и чиновников, а сами ни делом, ни словом не стараемся выпрямить кривизну нашей жизни? Не проходим ли мы равнодушно мимо страдания и несправедливости, особенно в том случае, если мы реально можем хоть малым помочь избежать их? Не делим ли мы наших сограждан по социальному, профессиональному, национальному или какому иному принципу, воздавая почести одним и унижая других? Не участвуем ли мы в круговой поруке пьянства, обмана, культа денег, оправдания греха, безнравственности, беззакония? Не потворствуем ли мы разбазариванию богатств страны, ущемления ее достоинства, насмехательства над ее историей? Если так – то мы не христиане и тем более не исповедники.
В-пятых, давайте посмотрим, как мы относимся к себе самим – можем ли мы назваться чадами Божиими, а тем паче «друзьями» Христа? Вспомним, как он говорил Своим ученикам: «Вы – друзья Мои». Не коснеем ли мы в самолюбии, в самооправдании, в самоутверждении, в самовозвеличивании, попросту – в гордыне и эгоизме? Не тщеславимся ли мы, не завидуем ли? Не упиваемся ли личными достижениями, достатком, комфортом? А в случае их отсутствия – не жаждем ли их страстно, не стремимся ли к ним, словно в них и есть цель нашей жизни, словно на них мы и возлагает свое упование? Не бесчестим ли мы этим Бога? Радеем ли мы о славе Божьей, памятуя слова Апостола: «ради вас имя Божие хулится у язычников» (Рим. 2:24)? Прощаем ли врагов наших? Благословляем ли ненавидящих нас? И если не стремимся к этому, то осуждаем ли самих себя за малодушие, маловерие, сердечную леность и теплохладность? Поверяем ли мы свои поступки словом Божиим? Вникаем ли в слова Священного писания, читаем ли Святых отцов, жаждем ли получить хотя бы крупицы Премудрости Божьей? Пытаемся ли познать волю Божью о нас, жаждем ли исполнить ее в смирении и благоговении? Наконец, благодарим ли Бога за Его великие благодеяния, которые Он нам дарит каждый Божий день? Воистину ли мы чувствуем эту благодарность? Действительно ли мы любим Бога? Если так – то мы не христиане и тем более – не исповедники.
И, наконец, в-шестых, давайте посмотрим, насколько мы люди Церкви? Участвуем ли мы в жизни общины, помогаем ли своим трудом и жертвами восстановлению порушенных святынь? Действительно ли мы относимся к церкви как к дому Божьему, видим в своих единоверцах братьев и сестер во Христе? Исполняем ли слово нашего Господа: «Заповедь новую даю вам – да любите друг друга?» Если нет – то мы не христиане и не исповедники.
В конце отрывка из послания к Коринфянам, который мы сегодня слышали, апостол Павел утешает христиан обладанием ценностей, не сравнимых ни с какими земными богатствами:
«Нас почитают обманщиками, но мы верны; мы неизвестны, но нас узнают; нас почитают умершими, но вот, мы живы; нас наказывают, но мы не умираем; нас огорчают, а мы всегда радуемся; мы нищи, но многих обогащаем; мы ничего не имеем, но всем обладаем».
Земной ум содрогается от этих слов, не в силах разрешить их парадокс. Но в чем же сила этой немощи? В чем власть этого смирения? В чем радость этой скорби? В чем богатство этой нищеты? Что такого знают христиане, чего бы не знали ни просвещенные язычники, ни благоверные иудеи? Господь на это сказал: «Без Меня не можете творить ничесоже».
И лишь христиане знают: все это – антиномичное, невозожное с точки зрения земной логики и практики, возможно Самому Богу и тем, кто причастен Ему – пребывающим во Христе: все возможно верующему. «Все могу во укрепляющем меня Господе Иисусе».
В этом – великая тайная святости, открытая всякому верующему, доступная каждому, кто воистину возлюбил Христа. Поэтому-то и немощная, по своим земным силам, римская девушка Татьяна, претерпевая нечеловеческие муки, смогла победить своих мучителей, опрокинуть «чуждих богов» и в каком-то смысле – одолеть весь языческий мир.
В тропаре ее поется о том, как она зовет «велиим гласом»: «Тебе, Женише мой, люблю, и Тебе ищуще, страдальчествую». Возжжем же свои сердца любовью ко Господу, начнем же его искать и страдальчествовать ради Него, будем, братья и сестры, просить у Него и этой любви, и этой веры, и этого упования, чтобы не посрамить ни самими собой, ни своей жизнью Нашего Господа, последуем же Ему с той же надеждой и верой, с какой приняла его более чем полтора тысячелетия назад девушка Татьяна, к которой теперь мы возносим наши горячие молитвы, прося ее заступничества и покровительства. Аминь.

Источник: chalki-blagovest.ru

Назад в раздел "Новости"